Сергей Иванов в программе “Поздняков” на НТВ

Интервью на сайте НТВ 

Текст интервью:

ПОЗДНЯКОВ: Сергей Сергеевич, в прошлом году АЛРОСА установила рекорд по добыче - почти 40 миллионов карат. В этом году как-то прогнозы скромнее, с чем это связано?

ИВАНОВ: Действительно, прошлый год был рекордный для отечественной алмазодобычи с советских времен и вообще рекорд в современной России, мы вышли на уровень добычи около 40 миллионов карат.

В прошлом году произошла страшная трагедия, мы потеряли один из наших рудников, рудник "Мир". В связи с этим, безусловно, мы в этом году потеряли по добыче примерно 3 миллиона карат. Мы изыскали возможность компенсировать добычу на ряде месторождений. В следующем году мы планируем выйти с повышением, к 2018-му году. Поэтому дальше будем потихоньку расти, компания будет развиваться.

ПОЗДНЯКОВ: Ну, вот что касается будущего рудника, вы говорите, рудник "Мирный"... Здесь были прикидки специалистов, что через 4-6 лет можно будет вернуться к добыче на нем. С другой стороны, появляются слухи о том, что вообще его не планируется возобновлять. Где правда?

ИВАНОВ: Это точно не четыре года, может быть, даже не шесть, горизонт достаточно больше, но связано это с одной простой проблемой. Никуда не делся водоносный комплекс, который стал, к сожалению, причиной аварии, одной из основных причин. Поэтому мы должны убедиться, что проектное решение исключит любые риски повторения катастрофы, которая произошла в августе прошлого года.

Это сложнейший проект. Мы собрали всю отечественную науку, в апреле мы провели конференцию в Москве, на которой рассматривались те или иные концепции по восстановлению добычи на руднике "Мир". К концу года мы рассчитываем выйти на то или иное проектное решение и дальше начать работу по его согласованию с Главгосэкспертизой. Мы знаем хорошо рудное тело, оно характеризуется высоким содержанием очень качественных алмазов, поэтому, скорее всего, экономика проекта будет в пользу того, чтобы, как только будет проектное решение, немедленно начать освоение месторождения.

ПОЗДНЯКОВ: Те потери, которые после аварии произошли, они компенсируются, предположим, развитием других месторождений?

ИВАНОВ: В этом году мы запускаем одно из наших очень важных месторождений. Проект Верхне-Мунского месторождения действительно уникальный. Компания уже потратила несколько десятков миллиардов рублей и еще потратит несколько десятков миллиардов рублей. Всего стоимость проекта около 60 миллиардов. Экономика проекта была на грани в 2015 году. При тех ценах на алмазы, при той конъюктуре, которая была на рынке. И государство нам выделило субсидию на освоение месторождения – около 6-8 миллиардов рублей. Мы еще не заактировали работы, поэтому этот объем субсидий будет плавать. Но при этом мультипликативный эффект для государства, для Республики Саха, и с точки зрения налогов, и будущих дивидендов, и, самое главное, рабочих мест перекроют эту субсидию в десятки-сотни раз. Месторождение достаточно перспективное - это около 40 миллионов карат. Мы планируем выйти на добычу около 2-х миллионов карат алмазов в год.

ПОЗДНЯКОВ: Некоторые эксперты обращали внимание на то, что нарастив в 2017 году добычу, компания тем не менее получила вдвое меньшую прибыль. То есть по сравнению с предыдущим периодом там, по-моему, разница была действительно в 2 раза – 77 миллиардов против 133-х. Вот с какими факторами это связано?

ИВАНОВ: Ну, цифры примерно в том диапазоне, который вы назвали. Значит, здесь три фактора. Два из них не связаны непосредственно с деятельности компании. Первое – мы всю нашу продукцию продаем за доллары, наш результат зависит от курса доллара. Если брать 2017 год, то курс доллара укрепился по отношению к рублю примерно на 13%, ну и, соответственно, рублевая выручка компании сократилась на те же проценты. Второе – это ассортимент продукции. Сегодня рынок достаточно волатилен, каждый месяц может быть востребован тот или иной ассортимент продукции. И первое полугодие 2017 года мы продавали очень много мелкоразмерного сырья. И в связи с этим результаты 2017 года оказались, естественно, ниже, чем результаты 2016 года. Ну и третье – собственно, мы потеряли, естественно, то, о чем я говорил, к сожалению, - рудник "Мир".

ПОЗДНЯКОВ: АЛРОСА – один из крупнейших налогоплательщиков в стране, 66 миллиардов, по-моему, рублей в прошлом году поступило в казну. В этом году больше, меньше?

ИВАНОВ: Почти 70 миллиардов рублей налогов всего уплачено было в 2017 году. В этом году мы предполагаем, что объем налоговых поступлений в бюджеты - и федеральный, и республиканский, - останется примерно на том же уровне. Ну, там что-то сыграет в плюс, что-то в минус. И дополнительно еще компания выплачивает огромные дивиденды, это 66 миллиардов рублей в прошлом году, это около 40 миллиардов рублей в этом году по результатам 2017 года. Мы сегодня она из немногих государственных компаний, которые могут себе позволить платить больше 50% дивидендов от чистой прибыли по МСФО, и я уверен, что этот показатель в ближайшие годы будет расти.

ПОЗДНЯКОВ: Давайте о социальных программах поговорим. Что планируется делать в этом году, какого эффекта ожидаете от тех действий, которые компания предпринимает по социалке?

00:13:04:16 ИВАНОВ: АЛРОСА всегда была и всегда будет оставаться социально ориентированной компанией. Недавно мы попросили одну из авторитетных международных компаний Price Waterhouse Coopers провести некий такой аудит. Могу сказать, что здесь мы рекордсмены. У нас социальные расходы составляют примерно 3% от нашей выручки и превышают 10-15% от нашей чистой прибыли.

Мы считаем, что эти расходы абсолютно оправданы, абсолютно справедливы, потому что мы работаем в сложнейших климатических условиях, у нас тяжелейшие условия труда, и у нас реально работают люди, преданные своему делу, реально герои производства.

У нас высокая средняя заработная плата, мы гордимся этим. Она выше, чем в Республике Саха, она в несколько раз выше, чем в целом в Российской Федерации.

ПОЗДНЯКОВ: Не секрет, сколько?

ИВАНОВ: Средняя зарплата в компании - около 120 тысяч рублей. Ну, при средних сегодня зарплатах по России это очень привлекательный уровень оплаты труда. Здесь нужно и признать, что уровень жизни у нас дороже, чем, как мы любим говорить, на материке. У нас и коммуналка дороже, и с учетом всех транспортных расходов и продукты, и любые бытовые товары, но тем не менее мы гордимся тем, что у нас достойный уровень оплаты труда и достойный социальный пакет. Мы инвестируем около 10 миллиардов рублей в социальные проекты. Это в основном проекты, связанные с нашей деятельностью на территории Республики Саха. Из таких знаковых проектов, которые были реализованы в этом году, открылся детский реабилитационный центр под Якутском, где в год сможет обучаться около 3000 детей с разными отклонениями и опорно-двигательной системы, и отклонениями по слуху, по зрению.

Мы инвестируем в строительство новых детских садиков, мы поддерживаем наши школы, наши учебные заведения, наши предприятия жилищно-коммунального хозяйства и ряд еще проектов и на территории республики, и общефедеральных проектов.

ПОЗДНЯКОВ: На Россию приходится 28% производства алмазов в мире, да? Я правильно понимаю?

ИВАНОВ: Да, примерно.

ПОЗДНЯКОВ: Насколько успешно идет реализация? Вот была информация о том, что через владивостокский алмазный центр планировалось реализовать в этом году, по-моему, на 80 млн долларов, да?

ИВАНОВ: Да, правильно.

ПОЗДНЯКОВ: То есть это достижимая цифра?

ИВАНОВ: Да, абсолютно. Мы ее достигнем, я думаю, уже к середине 4 квартала. Наверное, и по Владивостоку сможем перевыполнить принятые нами планы, опять же в силу конъюнктуры. С точки зрения продаж, мы думаем, что останемся примерно на уровне прошлого года. Почему? Потому что в компании накоплен существенный объем запасов, ликвидных запасов. Мы получили хорошие цены. С точки зрения выручки компания не сильно пострадает в 2018 году именно за счет нашей работы с запасами.

Есть обязательства, что камни свыше 10,8 карат мы продаем на аукционах. Это требование государства, абсолютно справедливое. Часть уникального товара реализуется только через аукционы. Политика наша сегодня прозрачная. Я постоянно встречаюсь с нашими покупателями. Мне важна обратная связь от них – что мы можем улучшить, какой ассортимент сегодня более востребован. Что касается технических алмазов, которые используются в промышленных нуждах, мы тоже расширили круг покупателей. Мы получили хороший прирост по ценам, поэтому здесь за последние несколько лет было много чего сделано.

ПОЗДНЯКОВ: Ну, главным рынком сбыта по-прежнему остаются Соединенные Штаты Америки. На них, по-моему, 45% приходится сейчас. Дальше – Китай, Индия. У нас согласно мировому тренду устроена структура сбыта?

ИВАНОВ: Рынок бриллиантов отличается от рынка приобретателей алмазной продукции, но что касается рынков ювелирных изделий и бриллиантов, вы абсолютно правы. Примерно половина сегодня приходится рынка ювелирных изделий с бриллиантами на США.

ПОЗДНЯКОВ: И нас там ждут?

ИВАНОВ: Нас никто не ограничивает. И ограничивать нас бессмысленно, потому что российские бриллианты, полученные из российских алросовских алмазов, очень высоко ценятся. У нас первоклассный товар, можно так сказать. Да, мы развиваем Владивосток, да, у нас там хорошие результаты, но все равно сегодня Антверпен - это центр мировой торговли алмазами. Там присутствуют фирмы с различным капиталом: и бельгийским, и индийским, и американским.

Дальше товар пересортировывается. В основном, с точки зрения огранки направляется в Индию. Потому что Индия сегодня - это около 90% мировой огранки. Это сложилось не просто так. Индия проводила целенаправленную политику по поддержке огранки, по стимулированию предприятий.

Из приятного – мы видим действительно рост хороший с точки зрения потребления ювелирных изделий в Китае. Китай растёт очень серьёзными темпами. Это и Гонконг, и Макао, и континентальный Китай. Мы не стоим здесь где-то рядом, мы активно занимаемся работой в части маркетинга российских алмазов именно в Поднебесной. У нас ряд интересных программ есть.

ПОЗДНЯКОВ: Насколько вот ценятся наши алмазы на мировом рынке? Потому что, насколько понимаю, из открытых источников, допустим, наш конкурент De Beers продает гораздо дороже своё.

ИВАНОВ: Здесь есть некоторые заблуждения. Если действительно смотреть среднюю стоимость карата и реализацию алмазов, то у De Beers она выше. Но с чем это связано? АЛРОСА сегодня, примерно треть нашей добычи - это технические алмазы. De Beers ими вообще не занимается. Для нас экономически целесообразно производить эти алмазы, но их стоимость на рынке примерно составляет 8 долларов за карат. Что касается ювелирных алмазов, то там средняя цена может составлять около 100 долларов, но максимальная цена может доходить до нескольких сотен, иногда даже миллионов долларов за карат. Касается уникальных алмазов, которые редко встречаются в природе.

ПОЗДНЯКОВ: И у нас такие есть?

ИВАНОВ: У нас такие есть.

ПОЗДНЯКОВ: Прямо миллион за карат?

ИВАНОВ: Мы сейчас оцениваем самый дорогой алмаз, который мы добыли в прошлом году на нашем россыпном месторождении, нашей дочерней компании "Алмазы Анабара" на севере Якутии, в арктической зоне. Мы считаем, что его стоимость может доходить примерно до полумиллиона долларов за карат. Это уникальный розовый алмаз, это самый дорогой алмаз, добытый когда-либо в истории отечественной алмазодобычи. Я демонстрировал Владимиру Владимировичу Путину в феврале этого года. Мы, кстати, гранить его будем в России на нашем собственном предприятии "БРИЛЛИАНТЫ АЛРОСА". Мы будем это делать совместно с международными экспертами. Но это будет российская огранка, это будет камень, огранённый в стране, в которой он был добыт.

ПОЗДНЯКОВ: Расставаться с ним мы не планируем?

ИВАНОВ: Мы его планируем продавать. Он не представляет какой-то ценности для Гохрана, для государства. У нас ряд есть других уникальный камней, просто там средняя стоимость за карат будет намного ниже. У нас есть уникальные жёлтые алмазы и бирюзовый, пурпурный цвета, и уникальные бесцветные, белые алмазы. Всё это будет реализовываться.

Возвращаясь к средней стоимости за алмазы, что касается ювелирных алмазов, мы здесь ничем не отличаемся от De Beers. Более того, в этом году, нам кажется даже, мы чуть идём с опережением по росту цен на алмазы. De Beers на самом деле является нашим партнёром.
ПОЗДНЯКОВ: Ну, они партнёры, но и конкуренты?

ИВАНОВ: Ну, можно и так сказать. Мы воспринимаем больше как партнёров, потому что, когда у вас по 30% рынка - это, скорее, ответственность перед рынком, перед всей вообще системой организации рынка. Потому что любые наши какие-то неуклюжие действия или если мы просмотрим какие-то перспективы или риски, все это может печально закончиться для тех стран, в которых мы работаем.

ПОЗДНЯКОВ: В чем, кстати, состоит вот этот главный риск на сегодняшний день?

ИВАНОВ: Основной вызов для отрасли сегодня – это синтетические алмазы. Мы внимательно следим за тем, что происходит. Их доля потихоньку растет. Собственно, этот вызов и является для нас таким драйвером изменений в компании АЛРОСА. Потому что, можно так, честно скажу, лет 5, наверное, ничего не делать, и компания будет продолжать зарабатывать хорошую прибыль, будет способна платить дивиденды, налоги. Но мы должны быть готовы к тому, что цены на бриллианты могут рано или поздно начать падать.

ПОЗДНЯКОВ: Ну, нас сейчас тоже пугают грядущими кризисами. Мол, после 2019 года, ребята, всем будет плохо.

ИВАНОВ: Ну, мы считаем, что рынок алмазов и бриллиантов все-таки должен быть стабильный на несколько лет вперед. Опасно, если начнет меняться тренд. Если в целом интерес к ювелирным изделиям с бриллиантами будет падать.

Несмотря на те вызовы, которые стоят перед отраслью, мы видим и много позитивных моментов. Сегодня молодежь начинает интересоваться, где этот камень добыт, какова социальная ответственность компании, экологическая ответственность. Где он был огранен, какие социальные стандарты там. Мы сейчас работаем совместно с De Beers и совместно другими игроками как раз по тому, чтобы конечный покупатель, приходя в розничный магазин, мог проследить всю историю алмаза.

ПОЗДНЯКОВ: Ну, прежде всего, у него денег должно хватить на то, чтобы приобрести подобное. Потом уже интересоваться.

ИВАНОВ: Сегодня, как показывают опросы, клиент готов переплачивать даже. И ему комфортнее принимать решение по приобретению дорогого изделия, когда он видит, ну, в части АЛРОСА, например, что этот алмаз добыт...

ПОЗДНЯКОВ: Не кровавый алмаз.

ИВАНОВ: Точно, не кровавый. Более того, добыт в уникальном регионе Российской Федерации. Где работают уникальные люди, где уникальная природа. Поэтому это все помогает. И это нужно правильно маркетировать и упаковывать в конечное изделие.

ПОЗДНЯКОВ: Ну, что касается огранки, наша ниша, я так понимаю, между 3 и 4 процентами. Где-то, да? Если мы говорим о мировом масштабе. Что нам мешает двигать это направление? Ведь своих-то мощностей не хватает. Я так понимаю, это завод "Кристалл". И больше нечего предложить.

ИВАНОВ: К сожалению, да, вы правы. Доля российской огранки последние годы стабильно сокращается. Это связано с несколькими причинами. Первая причина, наверное, это отмена экспортной пошлины на алмазное сырье в конце 2016 года. Это было сделано в связи с вступлением России в ВТО.

Второе – все-таки конкурировать, как я говорил, с Индией сегодня очень сложно. По мелкоразмерному сырью – практически невозможно, и нет смысла. Мы считаем, что сегодня российская огранка должна фокусироваться на огранке среднего ассортимента алмазов, дорогих, уникальных алмазов, там, где стоимость огранки в стоимости конечного изделия не такая большая, не такая критичная.

Как раз в связи с этим мы сейчас внимательно смотрим возможность консолидации нашей алросовской огранки вместе со смоленским "Кристаллом". Мы помогаем российской огранке. Во-первых, недавно открылось предприятие частное во Владивостоке. Опять же, при поддержке правительства Российской Федерации, они получили ряд льгот, которые помогают им конкурировать с другими предприятиями. Сегодня в России остаются первоклассные мастера-огранщики, мы получаем качество triple excellent. Российская огранка котируется, она очень высокого качества реально.

ПОЗДНЯКОВ: Много ходило разговоров о приватизации "Кристалла". И что АЛРОСА заинтересована в покупке. Даже назывался период – это третий квартал 2018 года. Так состоится или не состоится сделка?

У нас в апреле состоялся наблюдательный совет АЛРОСА под председательством Антона Германовича Силуанова, где наблюдательный совет одобрил принципиально готовность участвовать со стороны АЛРОСА в приватизации смоленского "Кристалла" в случае, если она состоится. И одобрил некие параметры. В первую очередь ценовые. Соответственно, мы сейчас ждем оценку Росимущества, решение окончательное собственника – государства по методу, или схеме, приватизации. И если цена нас устроит, то мы готовы будем принять участие в такой приватизации.

ПОЗДНЯКОВ: Вы знаете, Сергей Сергеевич, существует такое устоявшееся мнение, что госкомпании – это такие закрытые, забюрократизированные структуры, не особо эффективные, кстати говоря. Вот что скажете Вы? Человек молодой, работающий в госкомпании.

ИВАНОВ: Безусловно, определенная степень бюрократии есть. Мне первое время было тяжело, поскольку я работал до этого в квазигосударственных компаниях, решения принимались достаточно быстро. АЛРОСА управляется директивно. Да, действительно, подготовка директив занимает достаточно много времени.

Но нам, наверное, повезло, не наверное, а точно. То, что наблюдательный совет компании возглавляет Антон Германович Силуанов, к которому всегда можно быстро попасть, всегда согласовать любой вопрос, получить совет, получить поддержку.

ПОЗДНЯКОВ: Часто приходится советоваться?

ИВАНОВ: Да, у нас встречи не реже одного раза в месяц, но у нас и наблюдательный совет проходит очный, как правило, каждый месяц. И Антон Германович всегда находит время для компании АЛРОСА, потому что он опять же понимает ту роль, которую компания сегодня играет и в мировой индустрии, и с точки зрения наполнения бюджета Российской Федерации.

Сегодня дееспособная команда, замотивированная на результат, состоящая из тех, кто давно работает в компании, особенно в части производственного блока.

Мы сейчас назначаем молодых ребят, но уже с солидным опытом, молодых, я имею в виду 45-50 лет, которые прошли большой путь в АЛРОСА, которые знают всю проблематику на этих ГОКах.

Мы усиливаемся, видим результаты. И считаю, что компания в течение нескольких лет выйдет на совершенно иной уровень развития.

Я видел, как быстро могут поменяться правила игры, как возникают новые компании, которые совершенно разносят действующие модели продаж.

Поэтому наша задача как раз в том, чтобы АЛРОСА всегда была эффективной, чтобы следующее поколение алмазодобытчиков уверенно работало и понимало, что весь тот потенциал, который в компании есть, он должен быть реализован.

ПОЗДНЯКОВ: Есть еще одно устоявшееся мнение в обществе. Ну, во-первых, всех раздражают большие дивиденды, которые выплачиваются в госкорпорации. А во-вторых, иногда такое всплывает... Вот, мол, понятно: среди детей высокопоставленных чиновников всегда очень успешные менеджеры. Вас это задевает?

ИВАНОВ: Да вы знаете, я привык уже. Так получилось, что на руководящих позициях достаточно давно. Мне не стыдно за те результаты, которые были и в "Газпромбанке", и в СОГАЗе. СОГАЗ вырос в разы с точки зрения бизнеса, с точки зрения рабочих мест, налогов, которые компания выплачивала, клиентской базы.

В "Газпромбанке" я работал с 2003 по 2011 год. И банк, наверное, в сотни раз масштабировался. Поэтому... Да нет, там не обращаем внимания на какие-то комментарии. Я считаю, что это, наверное, накладывает большую ответственность. Говорю за себя. Хотя общаюсь и со многими тоже молодыми руководителями.

У кого-то из них родители многого добились, у кого-то не многого добились. Все мы между собой общаемся, и вот наша задача развивать те участки, которые нам доверили, или государство, или акционеры. Наверное, такой комментарий.

ПОЗДНЯКОВ: Просто нужно быть немножко открытым, да?

ИВАНОВ: Да, и это, безусловно, тоже. Мы, как АЛРОСА, стараемся сейчас больше общаться и с инвесторами, и со всеми стейкхолдерами. И я встречаюсь и с мажоритарными акционерами, и с миноритарными акционерами. И я сам миноритарный акционер компании. И приобрел акции на деньги, которые заработал на предыдущих местах работы.

Я верю в рост капитализации. Мы сейчас внедряем мотивационные программы для ключевых сотрудников компании, основанные на росте акций. Причем это не какой-то разовый эффект, это программы долгосрочные, которые будут привязаны именно к долгосрочному развитию компании, выполнению долгосрочных KPI, которые нам ставит наблюдательный совет.

ПОЗДНЯКОВ: Сергей Сергеевич, спасибо Вам большое за разговор.

ИВАНОВ: Вам спасибо.

Последнее обновление страницы было сделано 11 июля 2018 в 18.04